Тайны пирамид

Арийская евгеника и расистская медицина

Фото: Проект «Лебенсборн» – один из самых чудовищных замыслов нацистов. Фото Федерального архива Германии.

«Лебенсборн» («Источник жизни») – так называлась разработанная в нацистской Германии под руководством Генриха Гиммлера программа превращения германской нации в «расу господ» путем селекционного отбора лучших представителей «новой чистой породы» людей.


«Ребенок для фюрера»

Отдел «Лебенсборн» был создан в 1935 году в составе Главного управления расы и поселений СС для подготовки молодых «расово чистых» матерей и воспитания арийских младенцев. В 1938 году отдел был преобразован в управление L в составе личного штаба рейхсфюрера СС. Руководителями «Лебенсборна» были оберфюрер СС Грегор Эбнер и штандартенфюрер СС Макс Зольман.

Предпосылкой к «Лебенсборну» стала проблема снижения рождаемости в Германии. Кто будет через 20 лет воевать, если женщины не рожают будущих солдат? Немецкий историк Фолькер Кооп, изучая программу «Лебенсборн», опубликовал материалы, обнаруженные в архивах ФРГ. Из них следует, что Гиммлер пытался положить конец «эпидемии абортов» в Третьем рейхе. 600 тыс. прекращенных беременностей в год – слишком большая цифра. Рейхсфюрер СС решил создать спецприемники, в которых женщина могла бы спокойно родить младенца и передать его для воспитания государству.

Для подготовки будущих матерей и воспитания детей Лебенсборн создавал собственные дома матери и дома ребенка. Всего было шесть домов ребенка и 17 домов матери. Планировалось открыть еще три в Польше (в Кракове, Отвоке и Варшаве) и один в Нидерландах (в Ниймегене).

Идеология национал-социализма особо подчеркивала, что долгом немецких женщин является рожать «расово полноценных арийских» детей независимо от того, рождены они в семье или вне брака. Молодым немкам, особенно состоявшим в Союзе немецких девушек, постоянно напоминали об их материнском долге перед Родиной. Высшей добродетелью немецкой женщины провозглашалось рождение чистокровных арийцев – голубоглазых блондинов с «правильными» чертами лица и пропорциями тела, сильных, крепких физически.

Для того чтобы зачать ребенка, истинным арийцам не нужно было вступать в брак и жить совместно. Он и она могли зачать ребенка и расстаться. Мать вынашивала плод под присмотром квалифицированных медиков и рожала на свет младенца, который объявлялся наследием нации. Появившийся на свет новый «властелин мира» проходил особый ритуал «арийского крещения»: мать от имени новорожденного давала клятву верности фюреру и рейху.

В Германии во время войны развернулось движение «Ребенок для фюрера». Поощрялась беременность от членов СС как наиболее «чистых в расовом отношении», а также «политически и идеологически благонадежных». Для этой цели существовали специальные дома свиданий, где самец-эсэсовец мог оплодотворить расово полноценную самку – арийку минимум в третьем поколении. Накануне родов женщин направляли в один из родильных домов «Лебенсборна», где им обеспечивали надлежащий медицинский уход. Ребенка и мать после родов обычно разлучали.

Но при желании мать могла сама заботиться о ребенке и даже получать приличное денежное пособие, если папа – эсэсовец. В ином случае с письменного согласия матери новорожденного передавали нянькам из «Лебенсборна», а впоследствии – приемным «арийским» семьям, где ребенка воспитывали в соответствии с идеями «нового порядка», который спустя небольшое время должен воцариться в Европе.


Расовая селекция

Но собственных арийцев нацистам показалось мало. Когда началась Вторая мировая война и гитлеровские войска оккупировали пол-Европы, подходящих для «германизации» детей принялись искать в других странах.

Во время Второй мировой войны Гиммлер информировал руководство программы «Лебенсборн» о том, что желательно ввозить в Германию «расово приемлемых» детей из таких оккупированных стран, как Франция, Норвегия, Чехословакия, Латвия, Литва, Эстония. В исполнение приказа Гиммлера детей с арийской внешностью отбирали путем многочисленных проверок, привозили в Германию и помещали в центры идеологической обработки. А затем направляли для адаптации в «расово благонадежные» немецкие семьи.

После Второй мировой войны были обнародованы документы, которые пролили свет на ужасные аспекты деятельности «Лебенсборна». Помимо селекционной работы в Третьем рейхе осуществлялась оптовая торговля и уничтожение похищенных иностранных детей. В рамках программы «Лебенсборн» несколько сотен тысяч детей были отняты у своих семей, а тысячи детей-инвалидов и душевнобольных – уничтожены.

«Все, что другие нации смогут предложить нам в качестве чистой крови, наподобие нашей, мы примем. При необходимости сделаем это путем похищения их детей и воспитания в нашей среде», – говорил Гиммлер.

Одним из наиболее известных случаев стала трагедия в чешском селе Лидице. Нацисты стерли село с лица земли. Это была месть за убийство заместителя Гиммлера, шефа РСХА и протектора Богемии и Моравии, обергруппенфюрера СС и генерала полиции Рейнхарда Гейдриха. Он был убит 27 мая 1942 года двумя подготовленными в Англии бойцами Сопротивления – Йозефом Габчиком и Яном Кубицом.

Все мужчины Лидице старше шестнадцати лет (172 человека) были расстреляны на месте. 195 женщин были отправлены в концлагерь Равенсбрюк. А дети доставлены в Центральное бюро по делам переселенцев города Лицманштадт.

Мария Долежалова-Шупикова из Лидице в числе 23 детей была отобрана для германизации. Девочку отдали в детский дом «Лебенсборна», а потом в немецкую семью. Остальные 82 ребенка, не прошедшие расовый отбор, были отправлены в концлагерь Хелмно, где их отравили газом.

Приемные родители дали Марии дали новое имя – Ингеборга, с этим именем она прожила до 1946 года. «Я и те немногие, кого передали на воспитание в приемные семьи, были благодарны новым маме и папе. И радовались, что мы живы. Все время нахождения в семьях к нам хорошо относились, даже, возможно, и любили. И по сравнению с детскими домами, куда нас поселили сразу после того, как вывезли из Лидице, здесь было довольно неплохо», – вспоминала девочка.


В 1946 году в архивах «Лебенсборна» были обнаружены ее подлинные документы. Мария смогла найти свою настоящую мать. Во время войны женщина находилась в концлагере и к тому времени, когда дочь ее нашла, была парализована. В 1947 году, когда Марии исполнилось 15 лет, ее пригласили выступить свидетелем на Нюрнбергском процессе. В своих показаниях она подробно описала жизнь в детском доме «Лебенсборна».


Принудительная «германизация»

Сегодня в Лидице, в 20 километрах от Праги, стоит памятник детям, ставшим жертвами «Лебенсборна».

Пенсионер из Гамбурга Александр-Фолькнер Хайнеке показывает свое свидетельство о рождении: «Здесь написано Литау Александр. Я не знаю, были ли у меня братья или сестры. Мне всегда казалось, что были…» Пожелтевшие листы – ниточка, по которой он пытается распутать клубок лжи, которым окутано все его детство. Дата рождения выдумана. Метрики – подделка. Он взял двойное имя и стал Александром-Фолькнером, как только узнал, что настоящая его родина – Крым, а его, маленького Сашку, похитили нацисты. «Я все не могу найти себе покоя, я по ночам не сплю, все читаю про детей «Лебенсборна». И поэтому, наверное, мой брак развалился. Мне нужно найти ответ, узнать, откуда же я родом».

Гиммлер часто бывал в гостях у семьи Хайнеке. Новые родители Фолькнера, убежденные нацисты, уговорили шефа СС стать сыну крестным отцом. «Я вспоминаю человека в черном кожаном плаще и черной фуражке. Я смотрел, как он разговаривал с моим приемным отцом. Они оба увлекались разведением кур, хотели вывести новую белую расу несушек», – рассказывает Хайнеке.

«Детей забирали иногда прямо с улиц. Обычно это были дети двухлетнего возраста. Они в лучшем случае могли знать свое имя, но не фамилию. И «Лебенсборн» уничтожал все следы», – поясняет сотрудница Международной группы розыска Катрин Флор.

Барбара Пацеркивич, в «Лебенсборн» она попала из Польши, рассказывает, как в приюте детям делали специальные уколы. «Я не знала, что это за уколы. Кто-то говорил, что это уколы с препаратом, чтобы дети забывали свое прошлое», – говорит она. Им пытались стереть память о прошлой жизни. На родном языке говорить было строжайше запрещено. За ослушание – побои и карцер.

«Детей запирали в мертвецкой, в подвале. Там лежали трупы людей, бегали крысы. А они туда маленьких детей на колени на горох ставили, чтобы им не только страшно, но и больно было», – вспоминает Хайнеке. Его запирали в подвале дома в польском городке Бад Польцин. Там же детей тщательно обследовали. «80% детей не проходили расовый отбор. Их возвращали обратно в лагерь. Больше о них никто не слышал», – говорит Хайнеке.

Самый известный в мире ребенок «Лебенсборна» – певица и актриса Анни-Фрид Лингстад. Та самая, темненькая, из шведской группы АББА – плод проекта Гиммлера по созданию детей «расы господ». Мама – норвежка, отец – чистокровный ариец из Германии. Рождение таких нордических полукровок было одной из целей «Лебенсборна». Анни-Фрид повезло найти отца и даже встретиться с ним.

Александр-Фолькнер Хайнеке собирал все вырезки из газет на тему «Лебенсборна». Ездил в Крым. Искал возможных родственников. Но безрезультатно. Считает, писарь в его настоящей фамилии мог сделать ошибку. И Александр Литау на самом деле может быть Александром Лито или даже Александром Литовым. «Может, когда-нибудь моя мечта наконец сбудется… Я бы очень был благодарен русским людям, если бы они помогли мне. Я хочу, очень хочу, наконец, обрести семью», – говорил Хайнеке.

Для славянских детей в «Лебенсборне» был разработан ритуал «наречения именем». Ребенка называли по-древнегермански – Зигфрид, Гудрун, Этельвольф. «Новорожденного» брал на руки офицер СС и держал перед алтарем, украшенным факелами, свастикой и портретом Гитлера. Это была изощренная месть славянам: «Вы сражаетесь против Великой Германии, а ваши дети вырастут убежденными нацистами».

К счастью, планы «германизации» славян рухнули вместе с Третьим рейхом. Однако до сих пор нет точных данных о том, что случилось с тысячами советских детей, попавших в приюты «Лебенсборна».

Сколько всего детей было увезено в Германию из Польши, Чехии, Украины, Белоруссии и России – никто точно не знает. 28 апреля 1945 года, перед вступлением американских войск в пригород Мюнхена Штайнхёринг архив «Лебенсборна» был поспешно сожжен его сотрудниками. В результате досье о детях, попавших на усыновление в немецкие семьи в рамках «германизации», исчезли.

В показаниях шефа «Лебенсборна» штандартенфюрера СС Макса Зольмана приводятся такие цифры: от 5 тыс. до 50 тыс. детей из оккупированных областей СССР прошли через «Лебенсборн».

В 1941 году руководство Третьего рейха отдало приказ начать программу онемечивания славян, рассказывает историк Тадеуш Малицкий из Вроцлава. «Лебенсборну» предписывалось изымать в Польше, Чехии, Югославии, а с лета 1943 года и в СССР малышей с арийской внешностью: со светлыми волосами и голубыми глазами. Их отбирали у родителей, иногда просто похищали на улице. Зачастую в «Лебенсборн» отправляли детей партизан, включая и новорожденных: зафиксирован случай, когда немцы забрали в приют ребенка пяти дней от роду. После разгрома в 1942 году партизанской ячейки в столице Словении дети подпольщиков в возрасте до пяти лет были посланы на «адаптацию» в «Лебенсборн», а их родители – расстреляны.

Герлинда Свиллен, пресс-секретарь ассоциации «Рожденные войной», объединяющей детей, рожденных в Европе в 1939–1945 годах, утверждала, что знает десятки случаев, когда для приютов «Лебенсборна» похищали русских и украинских детей. «Если мать и отец сопротивлялись, эсэсовцы убивали их на глазах у ребенка».

Но самое страшное, пожалуй, другое. После победы домой вернулась лишь четверть малолетних узников инкубаторов СС из Восточной Европы. Остальные растворились неизвестно где. И в их числе почти все советские дети, отнятые нацистами у родителей.

На Нюрнбергском процессе (восьмом из двенадцати, проведенных оккупационными властями США) по делу «Главного расово-колонизационного ведомства СС» против руководителей «Лебенсборна» было выдвинуто три обвинения: преступления против человечности, разграбление оккупированных территорий и принадлежность к СС.

После пятимесячного следствия, изучения документов и допросов свидетелей американский трибунал 10 марта 1948 года вынес приговор. Руководитель «Лебенсборна» штандартенфюрер СС Макс Зольман вместе со своими ближайшими соратниками были оправданы по двум первым пунктам и осуждены по третьему пункту обвинения. Зольман провел за решеткой менее трех лет. Когда он вышел на свободу, ему пришлось заплатить штраф – 50 марок ФРГ.



«Наследие предков»

Другим вопросом, находившимся в личном ведении рейхсфюрера СС, была программа «Аненербе» – «Наследие предков».

Немецкий антрополог Бруно Бегер в тибетской экспедиции в поисках арийских корней. Фото Федерального архива Германии.

Общество «Аненербе» – Немецкое общество по изучению древней германской истории и наследия предков – было создано в 1933 году по инициативе апологета теории «чистой расы» Вальтера Дарре. Корни «Аненербе» следует искать в начале XX века в деятельности эзотерического общества «Туле», название которого происходит от мифической северной страны из древнегреческих легенд. Страну Туле античные географы помещали на Крайнем Севере.

Общество было названо в честь Ultima Thule – дальней северной части Туле (Скандинавии), упоминаемой Вергилием в «Энеиде». Нацистские мистики вслед за основателем общества «Туле» Рудольфом фон Зеботтендорфом заявляли, что эта Ultima Thule находится в древней Гиперборее, рядом с Гренландией и Исландией.

Основной темой исследований общества «Туле» было происхождение арийской расы. Члены общества верили, что «арийцы» жили на легендарном материке Атлантида. Жители Туле были якобы потомками «арийцев», выжившими после гибели Атлантиды. В обществе были популярны антропософские идеи. Члены общества верили в то, что «арийцы» обладали секретным знанием, которое можно перенять путем магических ритуалов.

Кроме теоретического наследия общества «Туле» общество «Аненербе» базировалось на идеях оккультиста-язычника Фридриха Хильшера (наставника генерального секретаря «Аненербе» Зиверса) и на трудах Германа Вирта. Главной целью «Аненербе» было доказательство расового превосходства германцев посредством исторических, антропологических и археологических исследований.

В книге Вирта «Происхождение человечества» утверждалось, что у истоков человечества стоят две борющиеся ветви. «Нордическая» раса – духовная раса Севера. И «раса Юга» – охваченные низменными инстинктами пришельцы с Юга, жители континента Гондвана. Особое влияние на теорию «арийской расы» оказало учение Елены Блаватской о существовании высших и низших рас – в частности, ее «Тайная доктрина».

Хильшер общался с мюнхенским профессором, «отцом геополитики» Карлом Хаусхофером, ассистентом которого был молодой нацист Рудольф Гесс. Гесс познакомил Хаусхофера с Гиммлером, которого увлекла идея завоевания жизненного пространства. Интересовали Гиммлера и оккультно-мистические построения и гипотезы.

В 1935 году в Мюнхене прошла организованная Виртом выставка «Наследие немецких предков», которую посетил Гиммлер. Он проявил большой интерес к «Аненербе». Этой организации было поручено изучать все, что касалось «духа, деяний, традиций, отличительных черт и наследия индогерманской нордической расы».

В программе «Аненербе» 1935 года было сказано: «Изыскания в области локализации духа, деяний, наследства индогерманской расы. Популяризация результатов исследований в доступной и интересной для широких масс народа форме. Работы производятся с полным соблюдением научных методов и научной точности».

Гиммлер стал президентом и уполномоченным «Наследия предков». В 1937 году он отправил Вирта в отставку (в связи с несостоятельностью идеи Вирта о происхождения ариев от атлантов) и включил «Аненербе» в Инспекцию концентрационных лагерей в качестве отдела. Так Гиммлер интегрировал «Аненербе» в систему СС. Генеральный секретарь «Наследия предков» Зиверс играл роль связующего звена между «Аненербе» и рейхсфюрером СС, который лично санкционировал важнейшие проекты этой организации.


Эсэсовская медицина

Среди программ «Аненербе» особое место занимали антропологические опыты: измерение «неправильных» черепов узников Аушвица ради сравнения их с «правильными» арийскими головами. Особую роль играли медицинские исследования, включая зловещие «опыты» над близнецами и цыганами Йозефа Менгеле по прозвищу доктор Смерть в Аушвице-Освенциме. А также эксперименты по переносимости людьми низких температур, проводимые Зигмундом Рашером в Дахау.

Своему начальнику Гиммлеру д-р Рашер писал: «Аушвиц больше подходит для проведения подобных испытаний, чем Дахау, так как климат в Аушвице несколько холоднее, а также потому, что в этом лагере опыты будут меньше привлекать внимания ввиду его большей площади (испытуемые громко кричат при замораживании)».

Пока люди замерзали и задыхались в барокамере, д-р Рашер и его ассистент регистрировали давление, температуру, работу сердца, дыхание и т.п. Тишину ночи часто нарушали душераздирающие крики мучеников. Когда в Освенциме опыты по охлаждению людей провести по каким-то причинам не удалось, Рашер продолжил свои исследования в Дахау: «Слава богу, у нас в Дахау вновь наступили сильные холода, – писал он Гиммлеру ранней весной 1943 года. – Некоторые испытуемые находились на открытом воздухе по 14 часов при наружной температуре 21 градус по Фаренгейту (–6 по Цельсию), при этом температура тела опускалась до 77 градусов по Фаренгейту (+25 по Цельсию) и наблюдалось обморожение конечностей».

Рашер несет ответственность за наиболее садистские медицинские эксперименты. Этот отпетый шарлатан привлек внимание Гиммлера, распространив в кругах СС слух о том, что фрау Рашер после сорока восьми лет родила троих детей, отличающихся совершенными качествами с точки зрения расовой теории. В действительности же семейство Рашер попросту похищало детей из сиротских домов через соответствующие промежутки времени.

Весной 1941 года д-ру Рашеру, посещавшему специальные медицинские курсы в Мюнхене, организованные люфтваффе, неожиданно пришла в голову идея, о которой он написал Гиммлеру. Рашер обнаружил, что опыты по исследованию воздействия больших высот на летчиков застряли на мертвой точке. «До настоящего времени невозможно было проводить эксперименты на людях, потому что они опасны для здоровья испытуемых, а добровольцев, готовых подвергнуться им, не находится, – писал он. – Не могли бы вы предоставить двух или трех профессиональных преступников… для участия в этих экспериментах. Опыты, в ходе которых они, вероятно, погибнут, будут проводиться при моем участии».

Через неделю рейхсфюрер СС ответил, что «заключенные, конечно, будут охотно предоставлены для проведения высотных экспериментов». Вскоре д-р Рашер приступил к делу. О результатах можно судить по его собственным докладам и по отчетам других «экспериментаторов».

Эти документы фигурировали в Нюрнбергском международном трибунале и последующих процессах – в частности, над врачами СС. Для проведения высотных экспериментов Рашер организовал переброску барокамеры люфтваффе из Мюнхена прямо в концлагерь Дахау, где не было недостатка в человеческом материале. Из хитроумного устройства выкачивался воздух так, что моделировались условия отсутствия кислорода и низкого давления, характерные для больших высот. После этого д-р Рашер приступал к наблюдениям.

«Третий опыт проводился в условиях отсутствия кислорода, соответствующих высоте 29 400 футов (8820 м). Испытуемым был еврей 37 лет в хорошем физическом состоянии. Дыхание продолжалось в течение 30 минут. Через четыре минуты после начала испытуемый стал покрываться потом и крутить головой. Пять минут спустя появились спазмы; между шестой и десятой минутами увеличилась частота дыхания, испытуемый стал терять сознание. С одиннадцатой по тридцатую минуту дыхание замедлилось до трех вдохов в минуту и полностью прекратилось к концу срока испытания… Спустя полчаса после прекращения дыхания началось вскрытие».

Австрийский заключенный Антон Пахолег, который работал в отделе Рашера, описал «эксперименты» менее научным языком: «Я лично видел через смотровое окно барокамеры, как заключенные переносили вакуум, пока не происходил разрыв легких. Они сходили с ума, рвали на себе волосы, пытаясь уменьшить давление. Они расцарапывали себе голову и лицо ногтями и пытались искалечить себя в приступе безумия, бились головой о стены и кричали, стремясь ослабить давление на барабанные перепонки. Такие опыты завершались, как правило, смертью испытуемых».

Около 200 заключенных были подвергнуты этим опытам, прежде чем д-р Рашер завершил их. Из них около 80 погибли на месте, остальные были ликвидированы позднее, чтобы никто не мог рассказать о происходившем. Закончилась эта программа «исследований» в мае 1942 года, когда генерал-фельдмаршал Эрхард Мильх из люфтваффе передал Гиммлеру благодарность рейхсмаршала Геринга за новаторские «эксперименты» д-ра Рашера.


«Арийская наука»

«Аненербе» занималось изучением древней германской истории в странном смешении естественных наук и мистического романтизма. Исследования велись с постоянной и единственной целью – подтвердить превосходство «арийской расы» в рамках расовой доктрины национал-социализма. С 1938 года все археологические раскопки в Германии и на оккупированных ей территориях проводились обществом «Аненербе».

Солидное финансирование позволило привлечь к научным исследованиям университетских ученых, с помощью которых были произведены раскопки укреплений викингов IX века, состоялись экспедиции СС на Тибет и Ближний Восток. Позднее осуществлялись исследования древних поселений и курганов в оккупированных южных частях Украины.

Нацистская пропаганда преподносила деятельность «Аненербе» как изучение корней германской нации, из которых произрастали «расово чистые, элитные» эсэсовские организации. «Аненербе» в составе СС выродилось в преступную организацию, занимавшуюся чудовищными медицинскими экспериментами на людях. Во главе медицинского факультета Страсбургского университета – основного центра медицинских исследований общества – был поставлен штурмбаннфюрер СС доктор Хирт.

1 января 1939 года общество получило новый статус: на него были возложены «научные изыскания», по поиску «основ арийской расы», завершившиеся опытами над заключенными в концлагерях. С началом Второй мировой войны изучение древней германской культуры было сокращено, а новые исследовательские проекты полностью перешли в ведение СС.

С началом Второй мировой войны специалисты организации «Наследие предков», следуя за частями вермахта, принимали участие в разграблении европейских музеев, коллекций древностей и библиотек, включая собрания масонских и еврейских книг.

1 января 1942 года «Аненербе» было включено в состав личного штаба рейхсфюрера СС. Вся деятельность этой организации была окончательно переориентирована на военные нужды. Многие невоенные проекты были свернуты; был организован Институт военных исследований «Аненербе», возглавленный Зиверсом.

К концу войны «Аненербе» превратилось во влиятельную тайную силу. Этой структуре был поручен контроль над секретной программой «оружия возмездия» («Фау-1» и «Фау-2»), которую возглавлял офицер СС авиаконструктор Вернер фон Браун, после войны ставший создателем американских космических кораблей.

По счастью, немецкий атомный проект, разрабатывавшийся в Германии с 1942 года, не привлек внимания рейхсфюрера СС. Может быть, потому, что Гиммлер делил всю физику на две части: «арийскую» и «еврейскую». На конференции Имперского исследовательского совета он язвительно заметил в адрес физика Эриха Шумана, что его выводы о ядерной физике как оружии не имеют никакого практического значения. Очевидно, Гиммлера больше интересовали самолеты со сплошным круговым крылом – летающие тарелки.

Общество «Аненербе» прекратило свое существование с концом Третьего рейха. Многие его архивы были в 1945 году захвачены советской контрразведкой и вывезены в СССР.

Деятельность института была подробно рассмотрена на Нюрнбергском процессе. Международный трибунал признал «Наследие предков» преступной организацией, а ее руководитель Зиверс был приговорен к смертной казни и повешен.

Американский историк и журналист Уильям Ширер писал: «Бывший книготорговец Сиверс дослужился до чина полковника войск СС и секретаря-исполнителя в Институте исследований наследственности, одном из нелепых «культурных» учреждений, созданных Гиммлером для исследований в сфере его многочисленных безумных идей. По показаниям Сиверса, там имелось 50 научных учреждений, одно из которых именовалось Институтом военно-научных изысканий, и возглавлял его все тот же Сиверс. Это был человек, чем-то похожий на Мефистофеля, с хитрым прищуром глаз и густой иссиня-черной бородой. В Нюрнберге его окрестили нацистской Синей Бородой по сходству с известным персонажем. Подобно многим другим участникам этой истории, он вел обстоятельный дневник, который, как и его переписка, сохранился и помог ему окончить жизнь на виселице».



Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть